Внешность:(дополнила) Молодой человек достаточно высокого роста. С изумрудно-зеленые глазами, сверкающими добротой. Высокие и четко-очерченные скулы не дают определить его настоящий возраст, потому что взрослят его. Мужественный лоб и брови оставляют Стефана серьезным, даже тогда, когда  глаза темнеют и наполняются слезами или же когда на лице сверкает счастливая улыбка. Бледная кожа удивительно гармонирует с русыми небрежно взъерошенными волосами. Идеальное тело, словно из мрамора вырезано божественным скульптором. Мышцы и бицепсы твердые как железо. Он прекрасен, и знает это, но никакая красота его тела не сравнится с глубиной его зелено-серых глаз. Голос струится бархатным перезвоном и словно гипнотизирует, заставляя делать все, что попросит этот вампир. Безупречные манеры выдают его, как бы он не скрывал их. Он – аристократ по натуре, и вся его внешность говорит об этом

Пробный пост:
Стефан замечает поразительное сходство Елены и Кетрин
Вечер. Особняк Сальваторе окутан во тьму. Вокруг дома, как и в нем, не слышно не единого шороха, ни мимолетного звука. Тишина заползла в каждый уголок особняка, угнетая и так напряженную обстановку поместья, которую принес с собой хозяин дома – Стефан Сальваторе. 
Молодой вампир сидит у себя в комнате, в старинном кресле. Он погружен в свои мысли. Видимо очень важные для него. На столе, перед ним, лежит фотография прекрасной брюнетки. Надменная полуулыбка сверкает на ее лице, и даже черно-белая фотография ярко передает искорку в ее глазах. Кетрин –  самовлюбленная и эгоистичная вампирша из прошлого Стефана. Именно благодаря ей Сальваторе стали такими, какими они есть, стали вампирами. Кетрин Пирс была первой женщиной у Стефана, и как он думал до сегодняшнего дня, единственной любовью. Она, тогда в 1864, подарила ему незабываемые чувства. Чувства радости наслаждения, взаимности и счастья. Но, уже потом, по прошествии многих лет, Стефан понял, что он никогда не любил. Их соединяла только неимоверная жажда Кетрин и стремление разукрасить свою жизнь, внести искры в уже какой десяток лет существования на свете ее, как вампира.  А может любовь? Нет, такое существо, кровожадное и надменное, как Кетрин не способно на светлые чувства.
Воспоминания пронеслись неудержимым потоком в голове вампира. В сердце больно кольнуло. Но вот перед глазами встала картина из прошлой весны. Тогда, 23 мая, Стефан спас девушку. Елену(именно так ее звали). Первое, что пришло на ум вампиру – это недоумение. Девушка была вылитая Кетрин. Черты лица, две миндалины глаз, волосы, цвета молочного шоколада, расплескавшиеся по ее плечам и спине, а несколько прядей запутались в руках вампира. Оттенок кожи точь-в-точь  как у Кетрин. Стефану на миг показалось, что это и есть она, восставшая из ада. Но, как только девушка открыла глаза, вампир понял, что это не Кетрин. Потому что в глазах незнакомки не было той дьяволинки, они светились добром, даже сейчас, когда она была при смерти.  И даже тогда, лежа без сознания, она прошептала Стефану, ему монстру и чудовищу, спасибо. Оно блаженным звуком спорхнуло с ее уст, и девушка потеряла сознание.
После этого случая Стефан не мог прийти в себя. Как это возможно? Почему? Мечась в особняке и угла в угол, он решил, что обязательно узнает эту девушку, и докажет, пускай и самому себе, что она другая. Она не Кетрин. Так и случилось. Первый день их официального знакомства вампир наблюдал за ней, пытаясь найти что-то схожее с той эгоистичной вампиршей. Но нет, не было ничего. Да, в Елене была самоуверенность, но не было излишнего фанатизма, как у Кетрин. Да, она была упряма, но всегда знала меру и не перегибала палку. Елена целеустремленная, как и Кетрин, но она умеет добиваться своего, не причиняя вреда другим. Они похожи, но они разные. Елена добрая, дружелюбная и отзывчивая, заботливая и настоящая, а Кетрин такой никогда не была.  Ее сущность просто не подразумевала таких добрых и светлых чувств, как у Елены.
-Поразительно – сказал Стефан вслух – Они как две стороны медали. Одинаковые и безукоризненно красивые, но такие невыносимо разные. Но, не смотря на это, люблю я только одну… - с этими словами Стефан выбежал из поместья, по пути натягивая свою кожаную куртку.